Станція Харків. нон стоп медіа


August 25, 2014

24 августа ко мне приехала моя жена из Швеции, перед ее посадкой на самолет в Копенгагене она мне отправила сообщение, что смогла вырваться всего на несколько дней, и улетит обратно в Мальмо 28 августа. Я расстроилась, но знала, что вместе даже за этих 3 неполных дня сможем принести в этот мир что-нибудь полезное.

25 августа днем сели в скорую электричку Киев-Харьков. Жаклин не знала и не имела ни малейшего понятия куда и для чего мы едим. Единственное, что я ей сказала, что это мой небольшой подарок, и я хочу чтоб она увидела не только Киев, а хотя б взглянула на восток Украины. В Харькове стартует Нон-Стоп Медиа – фестиваль современного искусства, в котором нас позвали участвовать.

26 августа казался долгим и утомительным, но это все стоило того, чтоб в конце дня мы пообщались с Ильей Исуповым, Стасом Волязловским и Сергеем Братковым, и они нас встрепенули и вдохновили на работу.

Ночью 26 августа мы отправились на ж/д вокзал в поисках пункта приема беженцев из зоны АТО. Найти было их легко, так как вокруг небольших столов, где лежат цветные карандаши, фломастеры, ручки, бумага, бутерброды и горячий чай постоянно дежурят очень приветливые излучающие уверенную теплоту и доброту люди, готовые прийти на помощь в любую секунду, правда этих людей там катастрофически мало, так же там развивается огромный красивый сине-желтый флаг и большими буквами написано: «Мы вне политики. Помогаем всем. Мы за толерантность»… А вокруг этих людей сидят, стоят, томятся в ожидании очень уставшие, побитые горем с небольшими сумками, а кто и без них, кто в летних тапочках и футболках, кто в зимних куртках, люди, с детьми и просто очень одинокие старики. Там же сидела одна старенькая бабуля, голова ее была прикрыта черным платком, руки выработанные, но при этом очень сильные, жилистые излучающие какую-то магнетическую мощь поддерживали голову, закрывая при этом все лицо, все тело ее говорило, кричало молча о горе, проходя мимо нее слышно было как она еле, почти не слышно, молча плачет. Некоторые детишки, которых было там около 5 играли с мамой и постоянно через каждую минуту ей обещали, что они уже завтра пойдут искать работу, так как придумали какой они построят новый дом для нее и им нужно срочно заработать деньги…
Там же встретились случайно на курилке перед главным входом в центральный вокзал и пообщались с невероятно милым мальчиком, на вид ему не более чем 17-20 лет. Он пришел в восторг от нашего предложения поработать с ними и помочь и делать все, что надо и все, что в наших силах. Пришел восторг от того, что мы художницы и одна из нас ничего не понимает на на русском ни на украинском, и что вообще не из Украины а из «Гейропы», а другая из оккупированного Крыма, он так легко взмахнул рукой и уверенно продекларировал: «Ой, да какая разница????!!!!!».
Когда у него спросили, чем можем быть полезны, сказал, что все вроде бы тихо и спокойно, но кто знает… Так же рассказал нам, что несколько дней назад им привезли 3 автобуса полных людей с огнестрельными ранами, 3 автобуса с гражданскими обычными мирными гражданами, которых расстреляли ироды террористы… Привезли им полные автобусы людей, маленьких детей, стариков, всех без исключения с простреленными ногами, животами, истекающих кровью…
Так же он нам рассказал, что им очень нужны такие как мы – художники и детские педагоги, которые могут работать с детьми на вокзале, пока думают куда их определять или с теми, у которых есть родители, но решают вопросы с документами, потому что их надо как-отвлекать и перестраивать на мирную жизнь, потому что их постоянный вопрос: «А куда ты прячешься, когда бомбы или Град?» или « А что ты делала, когда потеряла свою маму»…
Сказал он нам, что они запишут наш номер телефона и позвонят в случае запарки, но обычно это бывает ночью.
Сделав еще несколько звонков в «Красный Крест», затем в «Станция Харьков» и получив номер телефона волонтеров, которые реально помогают всем без исключения беженцам, пообщавшись с ними по телефону, утром 27 августа мы отправились туда, на Краснооктябрьскую 20.

27 августа пройти мимо маленького ветхого и с виду вовсе непримечательно домика на ул. Краснооктябрьская дом 20 невозможно, так как там просто огромные нескончаемые очереди в летней и порой истрепанной уже одежде, с полными усталости, испуга и страха глазами людей, ожидающих на возможность зарегистрироваться и получить хотя бы небольшой паек из 1 пачки гречки, 1 пачки сахара, 1 пачки овсянки или пшенки, банку консервы, 1 бутылька масла, 1 пачки макарон, 1 рулончика туалетной бумаги, 1 бритвы, пол пачки прокладок, если есть маленькие дети – 1 баночки сгущенного молока и пачки печенья, 1 пачки чая, кусочка мыла, 1 упаковки шампуня, 1 пачки стирального порошка, 1 тюбика зубной пасты и зубной щетки.

Жаклин поставили на сортировку одежды: куртки к курткам, штаны женские к штанам женским, мужские – к мужским, детскую одежду, книжечки и игрушки отдельно. Работа тяжелая, но очень нужная, а главное необходима оперативность, так как людей не убавляется, а только прибывают, как и холода, а теплых вещей не хватает, не хватает вернее вообще нет – кроссовок, сумок, рюкзаков в школу, посуды, самое главное нет ни спальников ни одеял теплых никакого постельного белья.
Люди каждую минуту подходят и просят дать даже хоть какую-то тряпку, так как спят многие на полу, где и как придется. Ко мне подошел парень попросил дать хоть какое-то теплое покрывало или что–нибудь, чтоб укрыть своего маленького ребеночка, он был такой милый и добрый, я еле ком в горле сдержала, так как представила как он худощавый, измученный прикрывает своим телом своего грудного ребеночка, пытается согреть, как они спят где-то на полу, ни подушки ни подстилки ни кружки ни ложки, все что теперь у него есть это его маленькое сокровище, его ребенок, который уцелел после бомбежки…

Я сначала тоже сортировала вещи, нам помогал таскать баулы тряпок маленький лет 12-15 парниша, милый такой, отзывчивый, очень шустрый и не по годам серьезный, а мама его вместе с нами тоже сортировала и все время искала себе кросовки, я удивилась немного, подумала, может они тоже беженцы, но вдруг ошибаюсь, спрашивать постеснялась, а потом все же спросила аккуратно, мол Вы тоже из Харькова, помогаете людям? А она немного смущенно грустно и очень тихо прошептала, что они тоже беженцы, но приходят сюда каждый день помогать вновь прибывшим. Ее сын совсем небольшого роста, но с невероятно огромным сердцем бегал как пропеллер и все время брал на себя самые тяжелые сумки и коробки, не подпуская при этом ни меня ни Жаклин ни маму. Когда его мать находила какие-то хорошие джинсы или ботинки или куртку на него, он отказывался брать и говорил, что сейчас пойдет вынесет в зал, где все получившие паек беженцы ищут себе одежду и предложит кому-то, и все время говорил: «Да нет я не буду брать, пусть им, там кому-то нужнее».
Потом одна из женщин, волонтер с молящими глазами и каким-то испугом попросила меня перейти на самый сложный пункт, так как сильно много людей, очередь еще увеличилась, так я перешла на пункт выдачи пайка (перечень см. выше).
Это был поистине ад. Спина не разгибалась, так как не было времени, и только как скороговорку повторяла: «1 пачка гречки или риса, так, дети есть, значит сгущенка, туалетную не забыть и …» Каждых 5 минут надо было собрать пакет на семью или одинокую бабушку, на молодую девушку или парня, который собирается в институт, на потерявшего свою жену молодого мужчину или теперь одинокую женщину, у которой маленький ребенок 10 месяцев и еще один идет в школу – 6 лет. Эти их списки, которые они мне по очереди протягивали сняться до сих пор… Заглядываю в глаза, а там полно страха, шока, боли, непонимания, усталости и порой неуверенности… Многие жали руки, говорили тысячу слов благодарности и нас поддерживали… Я несколько раз чуть не заплакала, от того, что нет постельного белья, а мне бабуля говорит, что она спит на голой пружине и просит дать ей хоть каких-то тряпок, от того, что передо мной стоит красивая ухоженная женщина, которая, возможно, никогда ни у кого ничего не просила и теперь рассказывает мне, какой-то незнакомой девочке, что она со своими детьми спит на полу и у них нет одеяла и она будет рада даже любой тряпке…
Времени не было даже попить воды, разогнуть спину и просто посидеть хоть минуточку, но это вообще ничто, так как волонтеры «Станции Харьков» вот так живут последних несколько месяцев. Собирают деньги (их счета в банке можно найти на их страничке на фейсбуке), общаются с местными, кто привозит вещи, еду, сами закупают что необходимо, принимают пожертвования со всей Украины, общаются с беженцами, проводят тренинги и сами тренируются, общаются с психологами и приглашают пострадавших на уроки… в общем делают всю ту работу, которую должны делать местные власти, но самое страшное, что местная мэрия официально не помогает и не принимает беженцев из востока Украины, из Донбасса, и все эти люди, лишившиеся многого, а кто и всего и всех живут сейчас в Харькове, и харьковской области, в самой близкой к военным действиям живут только благодаря открытости, щедрости, человечности и доброте волонтеров, тех кто делится деньгами, продуктами, всех тех, кто не забывает что такое быть человеком.

Почти перед тем, как мы собирались бежать на поезд, чтоб возвращаться в Киев, так как у Жаклин был самолет на следующий день, одна волонтер, которая была на регистрации зашла к нам в склад и с обидой ужасом и даже злостью рассказала, что сейчас регистрировала женщину, у которой остался паспорт под завалами ее дома, и ей выдала днр бумажку обычную офисную бумажку А4 с напечатанным на ч/б принтере следующее:
«Гражданка …(данные она какие сказала им, так они и записали), ДНР» и какая-то типа подпись, и это все…

27 августа вечером мы сели на электричку и отправились в Киев.

В ночь с 27 на 28 августа произошло, то что произошло… Земля пухом и Царство Небесное, всем Кто погиб. Слава Украине!

28 августа практически весь Мир признал, что то, что происходит на востоке Украины – это ВОЙНА России против нас, против мирной Украины.

28 августа в аэропорту Борисполь, было необычно пустынно, проверялись через металлоискатели сумки, продукты, чего никогда не было, все были очень уставшими и испуганными, казалось все хранили молчание и сдерживали слезы…
Я не сдержала, Жаклин тоже…
Что происходит у нас последние дни – вы знаете… Всем Мира и Любви, берегите друг друга